Blue Note Cover Story
Дизайн кавера для пластинки мы зачастую вспринимаем как данность. Тоесть, заведома у нас есть установка на музыкальное творение, а “состоявшийся” кавер пойдет в довершение образа, ну а если он отсутствует, или есть унылое яблоко с DIY – печатью, то ничего страшного. Сегодня мы привыкли к красивым дизайнам, разложенным на полках музыкального магазина, и уже мало чему вообще удивляемся. Цветной поток пестрит типографикой, смелыми упаковочными решениями, да космическими мотивами, как RSS – подписка на ежедневно обновляющийся fffound, хотя конечно, у каждого свои дороги восприятия.
Мне всегда было интересно читать о людях, по вине которых рождались “крутые артворки”,
как это модно сейчас говорить. Я все же привык склоняться к тому мнению, что если уж кавер крут, то дизайнер, создавший его не менее важен, чем сам музыкант, и он явно достоин большего, чем быть известным в узких субкультурных кругах дизайнеров. Этот дядька важен тем, что благодаря его трудам меломанский разговор становится более предметным: “-Помнишь альбом Пинк Флойда с лучом, проходящим через призму? -А….”
Поэтому, в этом посту речь пойдет о штатном дизайнере Blue Note Records, Рэйде Майлзе (Reid Miles).
Blue note были очень тщательными в вопросах своей продукции: они использовали лучший винил, они платили за репетиции, и Альфред Лион (Alfred Lion, один из основателей Blue Note) давал мне полную свободу призаписи альбома. Много музыкантов в те дни работало в поте лица над крутой музыкой, и как только она была готова, Альфред делал все остальное. Однажды я пришел к нему и сказал, что хочу с ним сесть, посмотреть отобранные им фото для обложки, и подредактировать все с моим участием, прежде отправлять в печать. Он охотно согласился, и таким образом я был посвящен во многие аспекты создания пластинки, о которых другие парни не парились…Тогда я многому научился, могу сказать, что своими знаниями о создании граммзаписи я обязан Альфреду Лиону.
Horace Silver
Reid Miles родился в Чикаго 4 июля 1927 года. Его отец был известен в области кондитерских изделий как изобретатель jelly bean и candy orange slice. После краха на Уолл Стрит, его промысел перестал кормить семью, и мать с сыном переехали на Лонг Бич в Калифорнию. После колледжа Рэйд попал в армию, в финальные месяцы второй мировой войны. “Они закончили войну, потому что я пошел в армию”, шутил Рэйд. Несмотря на то, что у него были легкая работа шофера, он стал презирать армейскую службу и был застукан при краже автомобильных шин, за что был сослан на Аляску. После освобождения, Рэйд возвратился в родную Калифорнию.
Он должен был стать заправщиком. “Я готов был уже купитьАЗС и проработать на ней всю жизнь”. Вместо этого парень попадает в Chouinard Art Institute – не по причине великих амбиций, а из-за девушки, к которой он клеился, в надежде почаще видеться и завести отношения. В результате, с девушкой не вышло, но спустя три месяца учебы в институте что-то щелкнуло в голове, и он понял, что хочет от жизни.
В начале 50-х он переехал в Нью Йорк на поиски работы. “Нужна жесткая конкуренция, чтобы создавать хорошие работы…я был в состоянии бороться вместе с остальными 11 ребятами за место ассистента арт-директора в маленьком агенстве на 48 $ в неделю. Я жил на “Y” (MCA) за 2 $ в день, это было волшебно”.
John Hermansader дал Рэйду первую работу, а также первое пальто. Парень только прибыл из солнечной Калифорнии, и абсолютно не был подготовлен к нью-йоркской зиме. Тогда он совсем немного знал о дизайне, и едва мог классифицировать шрифты. Одними из клиентов Хермансэйдера были Blue Note, которые сразу обратили внимание на участливого графика. Альфред Лион и Фрэнсис Волф настолько прониклись иновационными работами Рэйда, что ему суждено было сотворить около 500 обложек для Blue Note – за 15 лет на стыке 50-х и 60-х годов.
В тот период, когда стало ясно, что Blue Note будет флагманом в области авангардного джазза, Рэйду удалось создать ни с кем не путаемую визуальную айдентику лэйбла. Он как бы заставил обложки “звучать” с полок музыкальных магазинов, будучи при этом поклонником классической музыки, и мало имевшим делa с джазз-музыкой. Тем не менее, он словил нужный грув, стал упражняться в новых визуальных формах, выдумал некую грамматику, присущую только blue note: это были grotesk – шрифты в самых различных пропорциях, комбинируемые с неизменным монохромом собственных фотографий, или лэйбл-шефа Альфреда Лиона. Типографика становилась порой чем то переходным между буквами и динамичным блюноутовским бопом, как например на обложке “The Rumproller” от Lee Morgan’a.
Несмотря на то, что крутаны вроде Энди Уорхола или Файнштайна делали некоторые обложки для Blue Note, говорить о визуальной узнаваемости blue note – саунда до прихода Рэйда как штатного дизайнера не имеет смысла. Несмотря на то, чтосамому Рэйду нравились работы Уорхола за их графическую простоту, он очень гордился своими работами для Blue Note. Рэйд всегда был на шаг впереди общей массы; стилистические изменения, последовательно внедрявшиеся вего работе, перерождались, тем самым предотвращая любое чувство дежа-вю.
Jackie’s Bag от Jackie McLean был картонной папкой, перетянутой тесьмой, с сессионными деталями на отдельных наклейках.
Свои лучшие труды для Blue Note, по его мнению, он совершил в начале 60-х. Изменения в потребительском обществе принесли с собою эру классиков дизайна, среди которых был Jaguar E – типа. Его рептильно-глазая фара, снятая с очень близкого расстояния, создавала идеальный графический символ, атрибут, до сих пор ассоциируемый с альбомом Donald Byrd’a “New Perspective”.
Позже Р. Майлз ударяется в чистую графику, типичным примеом чего служит кавер In’ n Out
Joe Henderson’a. Шрифт отклоняется от первичной функции быть шрифтом, а превращается в
семантический образ-схему.
Параллельно работе для Blue Note, Рэйд успел пройти путь от редактора картинок до арт-директора журнала Эсквайр. Он утверждал, что никогда не был политиком, и ни на одной работе долго не задерживался: “они брали меня за крутое портфолио, а потом просили делать дерьмо. Энди Уорхол и Маргарет Хокадэй даже ходатайствовали по поводу моего трудоустройства…однажды я слинял с бизнес-митинга, и Маргарет не злясь сказала мне, что я не создан для всего этого, и определенно должен делать что-то свое. После этого случая я стал пробовать себя в фотографии….”.
Помимо BlueNote, клиентами Рэйда были: Saturday Evening Post, Look, Esquire, Kawasaki, Honda, Polaroid, Dole, DuPont, и другие.
(c) translated from different sources by Crab
